Ислам и христианство в Крыму: диалог или "clash of civilizations"?

Written by Светлана Червонная

Продолжение

  Между тем, активность УПЦ Московского патриархата в Крыму все более нарастает. В 2006 году митрополит Лазарь озвучил намерение построить православный храм Иоанна Богослова и поставить памятник Андрею Первозванному в Керчи и сумел привлечь для этого не только спонсорские средства, но и бюджетные ассигнования города 41. УПЦ под юрисдикцией Московской патриархии решительно наступает, претендуя на государственную поддержку администрации АРК, накладывая руку на когда-то принадлежавшие и никогда не принадлежавшие церкви земельные владения, включая важнейшие историко-археологические объекты и земельные участки, священные для исторической памяти и религиозного сознания крымских мусульман, выступает с масштабными инициативами и нетрадиционными проектами (гигантские поминальные кресты, скульптурные памятники деятелям русского православия в городах Крыма и т.п.), призванными решительно изменить весь облик полуострова, переместить здесь духовный центр тяжести в сторону московского православия, “колыбелью” которого Русская Православная Церковь объявила Крым.

В то же время мусульманская община Крымского полуострова и весь, составляющий ее основу, “коренной”, индигенный народ этого края -крымские татары вынуждены довольствоваться тем сравнительно немногим, что сбрасывается им с барского стола религиозной политики властей Крымской автономии: половинчатыми указами о нерабочих днях, приходящихся на мусульманские праздники; возвращением (как правило, в чудовищном состоянии, в руинах, да и то не сразу, а после упорных требований, пикетов, огромных усилий всего мобилизованного национального движения) некоторых старых мечетей; медленным, затянувшимся, запоздалым завершением реставрационных работ. Главная, Джами (Соборная) мечеть, возведения которой в Симферополе с начала 1990-х годов добивается Духовное управление мусульман Крыма остается до сих пор в эскизном проекте: отведенный под реализацию этого проекта земельный участок на Ялтинской улице и его границы, упирающиеся в дачное садово-огородной товарищество “Пенсионер”, становятся предметом бесконечной судебной тяжбы, на разработку рабочего проекта строительства мечети, оцениваемого примерно в 200 тысяч гривен, у мусульманской общины города нет средств. Характеризуя эту ситуацию, заместитель Муфтия Крыма по вопросам строительства и управлению делами Джемиль Бебишев с горечью говорит: “Восстановление и строительство культовых зданий других конфессий проходит под патронатом то премьера автономии, то мэров городов, привлекаются бюджетные средства, вопросы решаются оперативно, но как только встает вопрос о возвращении памятников крымскотатарской культуры, культовых зданий, начинаются бюрократические проволочки”.

“Крестовая эпопея” начала 2000-х годов нашла свое печальное продолжение в бахчисарайских событиях лета-осени 2006 года. В селе Фоти-Сала (Голубинка) Бахчисарайского района по решению настоятеля православной общины, подчиненной Московскому патриархату, Сергея Морозова началась подготовка к строительству церкви на холме Кильсе-Баир, что вызвало протесты местной мусульманской общины и общественной организации “Азизлер” (“Источники”), объявивших, что Кильсе-Баир как археологический объект и некрополь является “неотъемлемым памятником историко-культурного наследия крымскотатарского народа”. Парадоксальность ситуации заключается в том, что данный археологический объект и некрополь, постановки которого в качестве памятника национального значения на государственный учет добиваются крымские татары, никак не связан с мусульманским культом. Это христианское кладбище, однако крымские татары считают его наследием своей национальной культуры, доставшимся от давних предков, когда-то исповедовавших христианство и позднее принявших ислам, и не хотят допустить того, чтобы новый храм по воле чиновников от Московской патриархии строился “на костях их предков”.

Здесь возникает особый вопрос, который заключается в том, с каким именно православием (находящимся под чьей юрисдикцией) имеют дело крымские татары. Так называемая Украинская православная церковь (УПЦ) со всеми ее иерархами и местными настоятелями, подчиненная Московскому патриарху, представляется им организацией, не имеющей морально и исторически обоснованной легитимности в Крыму. С автокефальной Православной церковью Украины, подчиненной киевскому Митрополиту, у крымских мусульман нет конфликтов, в то время как “руку Москвы” они не хотят видеть хозяйничающей на их Родине - ни в светском, ни в церковном обличий этой “руки”. В исторической перспективе идеологи крымскотатарского национального движения особо подчеркивают, что не только раннее христианство, появившееся в Крыму в IV веке, но вся история “православного Крыма” вплоть до его присоединения в конце XVIII века к России, никак не связана с “Москвой”: христиане Крыма, в том числе тюркоязычные урумы и таты горного Крыма и Южного побережья, постоянно находились под юрисдикцией Константинопольских патриархов, с которыми соперничала (и продолжает соперничать) московская церковь 44.

“Другие” православные христиане, а именно русские появились здесь в качестве колонизаторов только после аннексии Крыма, осуществленной в 1783 году, вытесняя отсюда и мусульман, и коренных жителей православного вероисповедания, переселяемых в другие регионы империи (так, например, греков переселили в Мариупольский регион), так что если о Крыме и можно говорить как о “колыбели православия”, то это было отнюдь не “православие Руси”, не православие в орбите Московский патриархии, а часть православной культуры Византийской империи (а после гибели этой империи - Константинопольского патриархата, существовавшего в Османской Порте, продолжавшего свою деятельность и распространявшего свое влияние на Крым из Стамбула). В контексте как давних, так и нынешних, далеко не простых, более похожих на соперничество, чем на согласие, отношений между верховными иерархами Москвы и Константинополя это положение приобретает определенный политический адрес: крымские татары подчеркивают таким образом, что раннее распространение христианства в Крыму и его долгое мирное сосуществование с исламом в Крымском улусе Золотой Орды и в Крымском ханстве отнюдь не означают, однако, “дружбы с Москвой” или прочных позиций “московского” православия на полуострове. Деятельность Московского патриархата на своей Родине они не считают легитимной и отказывают ему в праве выступать в качестве духовного наследника или морального правопреемника того христианства, которое веками развивалось в Крыму и исторически предшествовало исламу. Они решительно протестуют против того, что “... Украинская православная церковь Московского патриархата при активном содействии руководства Комитета по делам религий при СМ АРК, Бахчисарайского государственного историко-культурного заповедника (БГИКЗ), Рескома по охране культурного наследия осуществляет политику установления контроля над раннесредневековыми христианскими культовыми сооружениями (пещерными монастырями, храмами), являющиеся памятниками государственного значения”. Незаконными считают крымские татары инспирируемые Московской патриархией и проводимые силами подчиненной ей УПЦ “захваты” пещерных монастырей на Мангупе, Шулдане, Чильтер-Мармаре, установление казачьего контроля над храмом Донаторов в селе Чермен-Кермен.

Конфликт, назревавший вокруг планов строительства православного храма на месте археологического памятника Кильсе-Баир, летом 2006 года удалось разрешить, не в последнюю очередь, благодаря четкой и решительной позиции, которую занял представитель Президента Украины в Крыму Г. Москаль: было решено археологический объект законсервировать и поставить на учет, а православной общине выделить другой участок земли для строительства церкви. Однако разгорающееся пламя вскоре перекинулось из села Фоти-Сала в город Бахчисарай, где на месте “мусульманской святыни крымских татар” “Азиз” был расположен рынок. Крымскотатарская общественность давно добивалась освобождения этого места от торговых рядов, и еще в 2004 году по решению суда этот участок земли должен был быть передан Бахчисарайскому государственному историко-культурному заповеднику. Однако, руководство районного потребительского общества (ПО “Рынок”) и дирекция рынка игнорировали законные требования мусульманской общественности и районных властей. 3 июля 2006 года в охранной зоне исторических памятников началось строительство нового торгового комплекса, что стало последней каплей, переполнившей чашу терпения крымских татар. 7 июля 2006 года группа крымских татар - жителей Бахчисарая - окружила рынок и блокировала его работу. Региональный меджлис крымскотатарского народа принял решение о круглосуточном пикетировании этого участка. На следующий день пикетчики подверглись нападению вооруженных металлической арматурой, дубинками и нагайками защитников рынка (местных торговцев и прибывших к ним на выручку “казаков”), пострадало несколько человек. В последующие дни атмосфера в Бахчисарае накалилась настолько, что для разделения противостоящих групп были введены силы милиции и спецназа. Свою порцию горючего решил плеснуть в бахчисарайские события Севастопольский горисполком, который принял специальное обращение к первым лицам Украинского государства, потребовав “пресечь противоправные действия крымскотатарских радикалов”, на которых он возлагал ответственность за “массовые беспорядки вокруг центрального рынка города Бахчисарая 8 и 11 июля 2006 года”. Несмотря на все угрозы и провокации, крымские татары продолжали пикетирование рынка в течение 34-х дней. Развязка наступила в середине августа. Меджлису крымскотатарского народа удалось заручиться поддержкой нового Премьер-министра Украины В. Януковича, прибывшего в Крым 11 августа, и подготовить “Протокол согласительного совещания”, согласно которому территория площади, прилегающей к памятнику “Азизлер” должна была быть в течение месяца (до 11 сентября 2006 года) освобождена от рынка. Однако, руководители Крымской автономии под разными предлогами уклонились от подписания этого протокола, который 11 августа в одностороннем порядке был подписан руководителями Меджлиса и Бахчисарайской городской администрации. В дело вступили шовинистические организации (“Русская община” и другие), которые созвали 12 августа на площади Ленина в Бахчисарае митинг всех, кого “беспокоят самозахваты и безразличие властей”. Возбужденная речами ораторов, вооруженная камнями и палками толпа двинулась с места проведения митинга в сторону рынка, где стоял крымскотатарский пикет и проходило открытое заседание Меджлиса крымскотатарского народа, обсуждавшего итоги переговоров с В. Януковичем и ситуацию вокруг памятника “Азизлер”. Нападавшие стали забрасывать крымских татар камнями, и как сообщает корреспондент газеты “Голос Крыма”, “беспощадно избивали” участников пикета, “многим разбили головы”, били стекла в автомобилях, бросили в сторону крымских татар гранату со слезоточивым газом. Дальнейшее трагическое развитие событий сумели остановить силовые структуры Украины. Бойцы отряда “Беркут”, получившие подкрепления (БТРы), встали плотным разделительным кордоном между конфликтующими сторонами. Поздно ночью на место конфликта прибыл из Киева глава Совета Безопасности Украины Игорь Дрижчаный. Только после его вмешательства, 12 августа власти Крыма подписали “Протокол согласительного совещания”, который поставил окончательную точку в конфликте, возникшем вокруг мусульманских святынь: рынок был поэтапно вывезен с площади и полностью ликвидирован через месяц - к 12 сентября 2006 года. Победа осталась за крымскими мусульманами.

Защищая свои права и свое достоинство, свою религию, культуру и память своих предков, крымские татары вовсе не выступают и не воюют против христиан. Их истинное отношение к христианскому миру нашло яркое выражение в их отношении к Папскому престолу.

“Мы хотим, чтобы в Крыму воцарились дружба и покой, чтобы люди независимо от их вероисповедания находили общий язык и взаимопонимание”, - говорил Муфтий Крыма Аджи Эмир-Али Аблаев на своей встрече с Папой Римским Иоанном Павлом II во время визита Папы в Украину летом 2001 года. На этой встрече Муфтий Крыма представлял всех мусульман Украины.

О том, насколько мусульманская община крымских татар, действительно, открыта навстречу межконфессиональному диалогу и толерантна к христианскому миру, ярче всего свидетельствует “Заявление Меджлиса крымскотатарского народа и Духовного управления мусульман Крыма в связи с кончиной Главы Католической церкви Папы Иоанна Павла II”, принятое 3 апреля 2005 года. Это не формальное выражение соболезнования всем верующим католикам мира, но глубоко продуманная декларация единства того мира “Добра, Справедливости и Любви к себе подобным и Всевышнему”, ярким представителем которого был Иоанн Павел II и который является общим идеалом для всех людей доброй воли и “благочестивых намерений”, включая и христиан, и мусульман. В “Заявлении” особо отмечается, что “Папа Римский Иоанн Павел II был осведомлен о трагедии, постигшей крымскотатарский народ в годы тоталитарного режима. Ватикан через свое дипломатическое представительство в Украине - Апостольскую Нунциатуру принимал посильное участие в мероприятиях, проводимых Программой развития ООН в Украине по оказанию помощи в обустройстве крымских татар”.

Ни к католикам далекого Ватикана, ни к “своим”, крымским католикам и лютеранам (общинам немецкого, польского, эстонского, итальянского национальных меньшинств), ни к караимам, ни к иудеям (евреям, маленькому, родственному крымским татарам по языку народу крымчаков), ни тем более к православному украинскому и русскому народу у крымских татар нет никакой нетерпимости и вражды. Их врагом является тот политический режим, который, с виртуозностью хамелеона легко перекрашиваясь и перерождаясь из имперского в советский и снова в имперский, вооруженный идеологической триадой “самодержавия, православия, народности” где-то уже почти реальный, но в Украине пока еще, к счастью, не осуществленный проект, пытается лишить их Родины и реализовать мечту, которую лелеяли, передавая друг другу по наследству, российские монархи, коммунистические диктаторы и фашистские оккупанты Крыма в годы Второй мировой войны и которая называлась “Крым без крымских татар”. С этим врагом крымские татары готовы вести самую решительную и бескомпромиссную борьбу, которая будет, однако, не столкновением религий и цивилизаций, а борьбой за спасение одной единственной, общечеловеческой цивилизации, в том числе и европейской демократии, от большевистского варварства в его нынешнем маскарадном обличии.

Drupal tarafından desteklenir. Drupal,açık kaynak kodlu bir içerik yönetim sistemidir